Новости
Произведения
Об авторе
Пресса
Галерея
Миры
Игры
Форум
На первую страницу  
Zorich.ru | Пресса | Интервью
 
 
Киберпанк в литературе

Интервью Наталье Коломиец для "Вечернего Харькова"

Опубликовано в: "Вечерний Харьков", №085 (8293) от 2 августа 2001

 

Модными или немодными бывают не только цвета и покрои юбок. Модными или немодными бывают и слова. Слово "киберпанк" безусловно из числа самых модных – оно стремительно входит в лексикон молодежи и даже людей постарше. Получасовой пробежки по сети Интернет хватает для того, чтобы в этом раз и навсегда убедиться. "Матрица" с Киану Ривзом? Киберпанк. Дизайн "актуальных" передач и клипов? Киберпанк. Роман А.Зорича "Сезон оружия"? Снова киберпанк. А в одном американском магазине, торгующем нижним бельем, я обнаружила купальник фасона "киберпанк" (всего за 24 доллара). Купальник оказался черным, "под кожу", с сетчатыми вставками по бокам и надписью "Access denied" вдоль пояса... Словом, куда ни посмотришь: киберпанк, киберпанк, киберпанк.

Открою ужасную тайну: точного определения слова "киберпанк" не существует. Впрочем, неточное я могу дать и сама, по материалам собственных изысканий. Киберпанк – это такое направление в художественном творчестве, которое активно вбирает с себя элементы и символариум компьютерной субкультуры ("кибер-"), добавляя к ним элементы антиэстетики и социального протеста ("-панк"). Оказывается, одним дизайном и кинематографом киберпанк не ограничивается – существует (и процветает) также и киберпанк-литература.

Правда, в постсоветском пространстве киберпанк-литература пока – редкая птица. Не то, что за океаном! Русские и украинские писатели в массе своей пока только примеряются к лаврам Уильяма Гибсона (по чьей книге снят, например, полюбившийся многим фильм "Джонни Мнемоник") или к гонорарам Филипа Дика ("Бегущий по лезвию бритвы"). Однако, пока другие только "примеряются", Александр Зорич действует.

Выпущенный питерским издательством "Северо-Запад" в ноябре прошлого года двухтомник (романы "Сезон оружия" и "Последний аватар"), повествующий о нелегких буднях виртуального мира и сетевых полицейских, спустя месяц (!) был переиздан одним томом "Центрполиграфом", входящим в пятерку крупнейших российских издательств. За всем этим последовали многочисленные "допечатки" и волна восторженных отзывов в прессе, фамилию Зорич стали склонять в новом качестве... Но какое отношение все это имеет к нашему славному городу? Оказалось, самое непосредственное. Харьков и тут не оплошал: Александр Зорич, один из молодых классиков направления "киберпанк", оказывается – наш с вами соотечественник.

На московскую презентацию книжной серии "Миры Александра Зорича" отозвались "незлым тихим словом" многие московские, киевские и харьковские газеты. Так, например, в нашем городе "Харьковский телеграф" и "Городская газета" разразились статьями и интервью чуть ли не на целый разворот. Никоим образом не желая упрекнуть своих коллег в бессодержательности, я, однако, была поражена тем, что именно "киберпанковую" составляющую творчества Зорича они, как по команде, оставили на периферии своего внимания! А ведь Аля и Александр, члены творческого тандема, пишущего под звучным псевдонимом Александр Зорич (оба, кстати, кандидаты философских наук), могли бы пролить свет на многие вопросы, связанные с такими актуальными ныне темами, как молодежь и компьютеры. Киберпанк-специалисты могли бы рассказать нам о том, как быть писателям и читателям в век набирающей темпы компьютеризации всего и вся. И тогда я решила наверстать упущенное коллегами в личной беседе с молодыми мэтрами.

Н.К.: Как вы считаете, почему слово "киберпанк" так успешно магнетизирует современную молодежь?

Александр: Видите ли, для тех, кому теперь шестнадцать-семнадцать, компьютеры это не "чудо", не "ужасно дорогая игрушка", а норма жизни. Многие из наших читателей с детства сидят за компьютером – дома, в школе, в вузе. У них нет страха перед техникой. Напротив, многие начинают в ней видеть нечто родственное себе. Я уже не говорю о том, что многие относятся к компьютерам очень душевно, почти интимно – как заядлые автомобилисты к своим выстраданным "жигулям"... Нынешние "детки" доверяют компьютерам, в отличие от представителей старших поколений, посвящают им львиную долю свободного времени, даже делятся с ними своими душевными тайнами... В сущности, для таких "деток" мы и пишем.

Аля: Притворяться нам не приходится. В плане "доверия к компьютерам" мы очень близки к ним, к этим самым "деткам", хотя вроде бы и относимся к поколению постарше – в этом году нам исполнится по двадцать восемь.

Н.К.: Можно ли говорить об эстетике киберпанка как о состоявшейся?

Аля: На мой взгляд, об эстетике говорить можно, а вот о том, что она "состоявшаяся" – нет. В последние пять лет на эстетику киберпанка были брошены лучшие кадры как минимум Голливуда. Я уже не говорю о том, какой простор для деятельности предоставляет Интернет! Сайты, замешанные на киберпанк-эстетике, растут, как грибы после дождя! Ничего "статического" в этом жанре не наметилось. Киберпанк развивается слишком бурно для того, чтобы можно было говорить о чем-то "состоявшемся".

Н.К.: Кто кроме Александра Зорича "засветился" в жанре славянского киберпанка?

Александр: Как ни странно, большого столпотворения здесь пока не наблюдается. Но нельзя не вспомнить Сергея Лукьяненко и Владимира Васильева.

Н.К.: И все?

Аля: Наверное, еще кто-то есть. Вот, пока мы тут с вами разговариваем, в Москве, наверное, выходит чей-то новый киберпанковый роман. А сколько их в это время как раз пишется? Тема-то модная!

Александр: Но настоящий киберпанк-бум начнется, когда нынешние пятнадцатилетние немного подрастут и возьмутся за перо. Думаю, лет через пятнадцать от романов про виртуальную реальность будет не продохнуть...

Н.К.: И тогда, наверное, в моде будет что-то романтическое, историческое, героическое... Не боитесь, что Александр Зорич останется без работы?

Александр: Не боимся. Ведь популярность наших книг в жанре фэнтези только растет.

Н.К.: Совсем забыла! Ведь Александр Зорич – автор десяти популярных фэнтези-романов, среди которых любимые студенческой молодежью "Люби и властвуй", "Боевая машина любви", "Светлое время ночи"!

Александр: Вот именно – у нас хорошо подготовлены тылы!

Н.К.: Между тем, в романтическом ряду ваших фэнтези-романов киберпанк "Сезон оружия" смотрится белой вороной. Что сподвигло вас на это "отклонение" от традиционных тем? Надоело писать фэнтези?

Аля: Слово "надоело" здесь не очень подходит. Скорее уж захотелось поэкспериментировать. "Сезон оружия" – это наш третий роман, он был написан в 1995 году. А "Люби и властвуй" и "Боевая машина любви", которые вы упомянули, были написаны уже после "Сезона оружия".

Александр: Фактически, "Сезон оружия" лежал "в столе" до лета прошлого года. Нужно сказать, это единственный наш роман, который промаялся так долго. Обычно рукопись покупается издателем не позже, чем через месяц-два после ее завершения.

Н.К.: Выходит, в 1995 году публика до киберпанка еще не дозрела?

Александр: Выходит, так. На самом деле, ситуацию с отечественных киберпанком очень оздоровил выход на экраны фильма "Матрица". Сразу же тема стала актуальнее некуда!

Аля: Наши питерские издатели даже не удержались и написали в аннотации к роману "Сезон оружия" что это, де, "русская "Матрица".

Н.К.: Компьютеры, виртуальная реальность... Все это, конечно, чудесно. А не кажется ли вам, что если ученые действительно создадут такую виртуальную реальность, какая описана в "Сезоне оружия", люди перестанут читать книги?

Александр: Нет, я не думаю, что они "перестанут читать". Может быть, бумажная книга как форма трансляции знаний и опыта отомрет. Может быть, книга станет электронной – в общем-то, и сейчас уже доступны электронные книги в широком ассортименте. А что люди совсем перестанут читать, в это я не верю ни на минуту.

Н.К.: И что, вам, Александр, понравится читать электронные книги вместо бумажных?

Александр: Мне – нет. Я, как настоящий библиофил, являюсь поклонником и ярым сторонником именно бумажных книг, особенно – хороших раритетных изданий. Мне будет жаль, если бумажные книги умрут. Но ведь речь не обо мне! Мир, к сожалению, очень прагматичен.

Аля: Взять хотя бы электронные письма и открытки. Не так уж часто сейчас пишут письма от руки – все больше по электронной почте. Письмо шариковой ручкой в век Интернета – это "Lost art", как говорят американцы...

Н.К.: И что же, есть у жанра киберпанк широкие перспективы в свете тех ужасов, что вы напророчили?

Александр: Перспективы есть. А вот насколько они широки – это вопрос. Может быть, уже лет через пять все это будет неактуальным, замшелым, протухшим.

Аля: А может быть, то, что сейчас называется киберпанком, породит новое, более перспективное направление в литературе, которое наконец-то расставит точки над "i" в разработке темы "человек и машина".

Признаюсь, к компьютерам я всегда относилась недоверчиво. И к литературным жанрам, воспевающим современную технику – тоже. Я всегда была уверена, что главное в литературе – это ценности культуры, гуманистический пафос. Однако, увидев своего младшего брата, громко рыдающего над неудачей своей любимой героини компьютерной игры "Thomb Rider" Лорой Крофт так, словно эта неудача постигла реального, живого человека, я впервые задумалась. Возможно ли в принципе нам, людям современности, провести грань между собой и техникой, между мирами виртуальными и мирами реальными? Не является ли техника и ее виртуальные порождения неотъемлемыми частями того же гуманистического пафоса? А если так, то, может быть, да здравствует харьковский и всякий прочий киберпанк?

 

C Александром Зоричем беседовала Наталья Коломиец

 

 

 
 
 

 

 

 

 

Rambler's Top100
Состоялось издание романа "Римская звезда". Новая книга Александра Зорича посвящена древнеримскому поэту Публию Овидию Назону Завершено переиздание романов о Своде Равновесия. Теперь в новом оформлении можно приобрести все четыре тома цикла: "Люби и властвуй", "Ты победил", "Боевая машина любви" и"Светлое время ночи". Выпущена и поступила в продажу игра "Завтра война" по сценарию Александра Зорича. По признанию критиков, игра стала "самым атмосферным космическим симулятором" в истории жанра.